Камаринская

Ох ты, бабочка, 
Молоденькая,
Чернобровенька, 
Хорошенькая!

Ох, не ты ли
Меня высушила,
Ай, без мороза
Сердце вызнобила?

// Ой, да по буйной,
// По головушке,
// Причесалась, звала
// В гости побывать.

Причесала мне
путёрушки,

Ох, ко буйной,
Да головушки.

Причесалась, звала
В гости побывать.

Побывавши, звала
Вместе погулять.

Эх, гуляй, гуляй,
Удала голова,

Да разливалась,
Разливалася вода,

Заливала
Все болота и луга.

Оставался один
Маленький лужок,

Стосковался по мне
Миленький дружок!

mp3 - Русланова Лидия


Nalezeno na http://www.gdmsh.ru/glinka_orkestr.shtml
 
 
 
Симфоническая фантазия «Камаринская» (1848) представляет собой вариации на две русские народные темы, разработанные поочерёдно. Темы эти контрастны.

Первая из них - широкая и плавная свадебная песня «Из-за гор, гор высоких», повествующая о белой лебёдушке - невесте, которую клюют и щиплют серые гуси - недобрая женихова родня.

Вторая тема - удалая русская плясовая «Камаринская».

Напев первой песни довольно медленный, задумчиво-лирический. При варьировании мелодия остаётся неизменной, оплетаясь всё новыми и новыми подголосками, наподобие русских протяжных песен. В развитии темы композитор красочно использует деревянные духовые инструменты, близкие по звучанию духовым народным инструментам - пастушескому рожку, жалейке, дудке.

Напев «Камаринской» быстрый и весёлый. В вариациях этой мелодии Глинка применяет пиццикато струнных, напоминающее звучание русской балалайки. При варьировании плясовая мелодия также обрастает подголосками, а порой и существенно изменяет свой облик. Так, после ряда вариаций появляется мелодия, сходная - несмотря на быстрое плясовое движение и отрывистость - с темой протяжной свадебной песни.

Эта тема незаметно приводит к возвращению первой - медленно-величавой темы, после чего с новой силой звучит буйная народная пляска.

В «Камаринской» Глинка воплотил черты национального характера, смелыми и яркими штрихами нарисовал картину праздничного быта русского народа. Контрастное сопоставление медленнной лирической, а затем весёлой, задорной песен часто можно встретить в народном хоровом исполнении. Очень важно, что Глинка умело применил подголосочное и вариационное развитие мелодии, свойственное народному исполнительству.

Впоследствии все эти особенности развивались и другими русскими композиторами. Не случайно Чайковский сказал о «Камаринской», что вся русская симфоническая музыка заключена в «Камаринской», «подобно тому, как весь дуб - в жёлуде».




 
 
 
 
 
 

Из-за гор, гор высоких

Из-за гор, гор высоких .
Да из-за лесу, лесу темного.
Да из-за садику зеленого.
Из-за садику зеленого.
Да из-за моря, моря синего,
Да поднималась туча грозная.
Да со громами со громучима,
Да с молоньями со палючима,
С молоньями со палючима,
Да с крупным-то частым дождиком,
Со крупным -то частым дождиком.
Да с бурею — со падсрой.
Да со тяжкой-то заметелицей.
Да из-под той-то тучи грозноей
До из-под той-то непроносноей
Вылетало-то стадо гусей
Да стало гусей — серых утичек.
Да во черных гусях — серых утицах.
Во черных гусях — серых утицах,
Да замешалась лебедь белая...

Из-за лесу, лесу темного

Из-за лесу, лесу темного, 
Из-за садика зеленого 
Вылетало стадо гусей. 
Одное стадико гусиное, 
А другое лебединое. 
Гуси-лебеди стали щипати, 
Она стала кликати: 
Не щипайте гуси-лебеди, 
Не сама я залятывала, 
Занесло меня погодою, 
Завезли меня кони, 
Кони Васильевы, 
Василия Ивановича. 
Кони карие, 
Кони карие, окрученные: 
Уздечки серебряные, 
Ленточки белые. 
Повезли Машеньку 
В дальние края, 
В дальние края.

don1567.mp3
Iz_za_lesa.mp3

Ты река ль, моя реченька

Ты река-а-а-а-а ль, моя ре-е-е-еченька. 
Ты тече-о-ошь, не колыбнешься 
Ты дитя-а-а-а-а ль, мое ди-и-и-итятко 
Ты сиди-и-ишь не улыбнешься 

Вы сестри-и-и-ицы, по-одру-у-у-уженьки 
Для чего же мне радоватися 

У нас коней то, по-оло-о-о-он дво-ор 
А госте-эй то полна горница 

Ты река-а-а-а-а 
Ты река-а-а-а-а 
Ты река-а-а-а-а
 
 

Ty_reka_moja_l_recenka_kar.mid
09-ty_reka_l_moya_rechenka.mp3

18-oi_rechenka_rechenka.mp3


 



Nalezeno na http://nasledie.smolensk.ru/pkns/index.php?option=com_content&task=view&id=1389&Itemid=96
 
Истоки музыкальных тем "Камаринской" М. И. Глинки в фольклорных традициях Смоленщины 

Г. В. Лобкова,
доцент Санкт-Петербургской консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова

(свадебная песня "Из-за гор, гор высоких, гор")
 

До настоящего времени ни у кого из исследователей не вызывает сомнения тот факт, что первая тема "Камаринской" (Фантазии для оркестра) М. И. Глинки является цитатой подлинного напева свадебной песни, широко распространенного в народных традициях России. [1] Однако начертанный рукой Глинки в "Записках" (в 1855 г.) набросок нотной строки напева с подтекстовкой "Из-за гор, гор высоких, гор" - фрагмент свадебной песни, которую он "слышал в деревне" и которая послужила основой первой темы Фантазии [2], - не совпадает в полной мере ни с одним из опубликованных или архивных образцов песенного фольклора (см. Приложение 1).

Несмотря на близость мелодического контура некоторых вариантов свадебных песен с напевом, записанным Глинкой, их общность не подтверждается на структурно-ритмическом уровне. Об этом свидетельствуют результаты сравнительного анализа, осуществленного в середине XX века В. А. Цуккерманом, который выявил случаи сходства и различия между известными ему образцами свадебной песни "Из-за гор, гор высоких, гор" ("Из-за лесу, лесу темного") и определил, что "глинкинский вариант отличается от других не только и не столько мелодическими деталями, а, как это, на первый взгляд, ни странно, выбором начальной и конечной точек напева". Не обнаружив ни одного напева народной песни, "границы которого были бы тождественны с глинкинским", В. А. Цуккерман делает вывод о "натуральности" и самостоятельности варианта, изложенного Глинкой, и, дополняя приведенный в "Записках" фрагмент песни, осуществляет реконструкцию полной музыкально-поэтической строфы с подтекстовкой [3].

Осторожность оценки во многом объясняется недостатком документальных источников. К моменту написания монографии о "Камаринской" Глинки (1957 г.) В. А. Цуккерману было доступно только три варианта напева в научно достоверной расшифровке - это свадебная песня из собрания Е. Э. Линевой (запись на фонограф 1901 г., публикация 1938 г. [4]), а также несколько ранее неопубликованных напевов из фондов Кабинета народного творчества Московской консерватории 1938, 1952 годов. Остальные примеры взяты им из сборников XIX века и представляют слуховые нотации.

Обратимся к известным по публикациям XIX века напевам, которые обнаруживают несомненное мелодическое родство с темой Фантазии для оркестра (см. Приложение 2). Среди них особое значение имеет вариант песни "Из-за лесу, лесу темного, из-за гор, гор, высоких" из сборника Н. А. Львова и И. Прача, поскольку это единственная публикация доглинкинского периода (1790 г.), свидетельствующая о том, что свадебная песня с подобным напевом и текстом в то время уже была известна и могла звучать, в том числе, и в Петербурге (в доме Н. А. Львова, где записывались образцы для сборника) [5]. Поражает почти "дословное" совпадение с первой темой "Камаринской" мелодического контура свадебной песни "Из-за лесу, лесу тёмного", сообщенной Н. А. Римскому-Корсакову Анной Энгельгардт (публикация 1876г.) [6], а также сходство вариантов этого напева, записанных от Тертия Филиппова (с текстами "Ты река ли моя, реченька" и "Как по саду, саду, садику") и аранжированных К.П. Вильбоа (1860 г.) и Н. А. Римским-Корсаковым (1882 г.) [7]. Существенное отличие приведенных в сборниках вариантов свадебной песни от фрагмента, записанного Глинкой, состоит в том, что начало музыкально-поэтической строфы и, соответственно, подтекстовка смещены ровно на две четвертные длительности. Иначе выглядит и обобщенная модель слогоритмической структуры вариантов напева из сборников (см. Приложение 2, строка 5).

В последующие годы (с конца XIX и в течение XX веков) в ходе экспедиционной работы в значительно отдаленных друг от друга районах России зафиксированы многочисленные варианты напева, подтверждающие достоверность указанных образцов из сборников, и, напротив, ни в одном из них не встречается такой сдвиг подтекстовки, как во фрагменте из "Записок" М. И. Глинки.

Кроме того, образец, который был записан Анной Энгельгардт во время ее пребывания в Смоленской губернии, до недавнего времени оставался единственным примером опубликованной смоленской свадебной песни "Из-за лесу, лесу темного", имеющей мелодическое сходство с темой М. И. Глинки. [8] Это вызывало ряд вопросов: насколько напев, запечатленный А. Н. Энгельгардт, типичен для песенных традиций Смоленской области, и мог ли М. И. Глинка слышать его, находясь у себя на родине?

Возможность ответа на поставленные вопросы возникла благодаря результатам последовательной многолетней работы в Смоленской области экспедиций Санкт-Петербургской (Ленинградской) консерватории и Фольклорно-этнографического центра [9]. В экспедициях 1966 года (научный руководитель - Ф. А. Рубцов), а затем - в 1993, 1994 годах (научный руководитель - А.М. Мехнецов) на территории Сычевского, Новодугинского, Холм-Жирковского районов Смоленской области были записаны варианты типового напева "Из-за лесу, лесу темного", мелодически близкие первой теме Фантазии для оркестра М. И. Глинки, но структурно совпадающие с версией напева в изложении А. Н. Энгельгардт (см. Приложения 3, 4). Всего сделано 20 аудиозаписей вариантов данного напева в 14 деревнях, расположенных в северо-восточной части Смоленской области - в верховьях реки Вазузы (приток Волги) и в верховьях Днепра.

Летом 2005 года в ходе фольклорных экспедиций в Вяземском и Сафоновском районах записано еще около десяти свадебных песен с данным напевом. Таким образом, карта распространения типового напева "Из-за лесу, лесу темного" была расширена на юг и включила деревни, расположенные вдоль реки Вязьмы и по ее притокам (см. Приложение 5) [10].

Отмеченные на карте-схеме деревни, жители которых могут исполнить ставший столь знаменитым напев свадебной песни, находятся в наибольшей близости от с. Батищево (ныне относится к Сафоновскому району) и от с. Климове (ныне - Ярцевский район), где располагались имения Александра Энгельгардта и его родителей. Эти данные убедительно свидетельствуют о том, что Анна Энгельгардт восприняла подлинный смоленский напев "Из-за лесу, лесу темного" непосредственно из уст народных певцов.

На территории Ельнинского и Починковского районов Смоленской области, где находились родовые имения Глинок, экспедициями Санкт-Петербургской консерватории и Фольклорно-этнографического центра в 2001-2002 годах был обнаружен развитый комплекс свадебных песен, но среди них не оказалось напева, близкого по мелодическому наполнению теме из Фантазии Глинки!

Нельзя с абсолютной уверенностью судить о том, в какой степени полученные на рубеже XX и XXI веков сведения о составе и содержании культурных традиций соответствуют ситуации глинкинского времени. Не исключено, что напев "Из-за лесу, лесу темного" ранее имел более широкое распространение на территории Смоленской губернии. Становится очевидным и тот факт, что в начале XIX века знание подлинных народных песен из золотого фонда русской культуры не было достоянием лишь узкого круга специалистов (как в наши дни), но составляло естественную и необходимую основу образования личности художника-творца.

Вернемся к характеристике полученных в ходе экспедиции материалов. В северо-восточных районах Смоленщины рассматриваемый типовой напев исполняется с разнообразными по содержанию поэтическими текстами и может звучать в различных обрядовых ситуациях, начиная с момента сватовства и заканчивая встречей молодых в доме жениха (в приведенном ниже перечне обобщаются сведения из различных деревень.

1.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
 "Из-за лесу, лесу темного" / "Отставала лебедушка"
(отставала лебедушка от стада лебедикого, приставала к серым гусям: - Не щиплите, гуси серые...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- пели девушки, когда ходили "проведывать" невесту; невеста сидела за столом и плакала
- на девичнике
- поют жениху, когда он за невестой приедет
- в доме невесты, перед тем, как ехать к венцу
- во время проводов свадебного поезда
2.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"Ты река ли, моя реченька" (ты течешь, не сколыхнешься... - Ты дитя ли, мое дитятко, ты сидишь, не улыбнешься...
- Благословить меня некому...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- "сиротская" песня
3.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"Уж ты ель, моя ёлушка" (нет зеленой верхушечки... у сиротушки нет родимого батюшки... Батюшка у Христа Богу молится: - Отпусти меня на землю...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- как "сосватаются", невесте-сироте  поют
- на вечерние пели невесте-сироте, она плакала, причитала; девушки сидели по лавкам "кружком"
4.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"Уж ты мати моя родная" (мне немножко осталося; в понедельник - под венцом стоять...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- до свадьбы женщины собираются у дома невесты и поют ей песни
5.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"У саду было, у садике" / "Раскачалася вишенка (березонька)" (расплакалась Марьюшка: государь родный батюшка, нельзя ль думу отдумати? - У нас пиво наварено...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- поют, когда невесту высватают, на запоинах
- на девичнике
6.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"Марьюшка изменщица" (назову свёкра батюшкой...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- на вечерние
7.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
- "А как Марьина маменька" (со трубою говорила: не труби, труба, радостно...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- на вечерние (за столом сидят)
- когда приезжают за невестой (ехать к венцу), женщины стоят в коридоре и поют матери невесты; так же ноют, когда ведут молодых в дом жениха - матери жениха
- пели, пока невеста венчается
8.
Первая строка (с возможными вариантами) и обобщенное содержание поэтического текста
"Не по сахару река бежит" (добрый молодец чесал кудри, приговаривал...)
Краткое описание ситуации исполнения песни
- пели жениху, у невесты на беседе, за столом

Круг сюжетов касается преимущественно темы расставания девушки-невесты с родителями и перехода ее в семью жениха (5 из 8 сюжетов), два сюжета связаны с темой сиротства невесты и один - с величанием жениха [11].

Функционально-смысловое наполнение типового напева "Из-за лесу-лесу темного", как и других формульных напевов русской свадьбы, оказывается сложным, многоплановым. Исходя из особенностей реального звучания свадебных песен в документальных звукозаписях, в качестве ведущей следует считать плачево-повествовательную функцию. Несмотря на то, что с одним и тем же напевом сочетаются различные по содержанию поэтические тексты, песни в целом имеют гимнический характер, отличаются особой торжественностью, благодаря размеренности ритма слогопроизнесения, замедленному темпу и необычайной мелодической выразительности. Такого рода песни должны быть отнесены к специфическим обрядовым формам повествования, устанавливающим значимость и раскрывающим особый смысл происходящего события.

По красоте мелодического рисунка этот свадебный напев не имеет аналогов. Выразительность напева связана с процессом развертывания мелодической линии, обогащенной "ладовыми переливами" и подголосками. Особенности структуры напева обус ловлены тем, что в основе его организации лежит принцип переменности ладовых функций, проявляющийся в подвижности ("перетекании") центра ладового тяготения - происходит перенесение функции основной опоры последовательно с верхнего на нижний квартовый тон, затем - сдвиг на субтерцию вниз и заключительное утверждение верхнего квартового тона. Заложенный в напеве "заряд энергии", его динамичность во многом связаны с тем, что разрешение ладового напряжения происходит в процессе "завоевания интонационной вершины" - в момент восхождения к верхнему квартовому тону. При схематизации структуры лада (предельно обобщенном отражении закономерностей ладового развития в векторной последовательности опорных тонов) раскрывается уникальная отточенность опирающейся на принцип зеркальной симметрии архитектоники напева:

В связи с изложенной выше проблемой, касающейся подтекстовки песни "Из-за гор, гор высоких, гор"- в автографе М. И. Глинки, отметим, что ни в одном из вариантов смоленских напевов не происходит смещения начала стиховой строки относительно границ нормативной ладо-мелодической структуры, подобно образцу, приведенному Глинкой.

В Фантазии для оркестра Глинка цитирует подлинный напек народной песни, но его "цитата" имеет оригинальный вид: он преображает напев, нисколько не изменив его, а лишь "разрезав" кольцевую структуру не в месте стыка строф, а ранее (со сдвигом на две четверти), ориентируясь на логику мелодического развития (то есть "проведя черту" в точке разрешения ладового напряжения - в момент остановки на главном опорном тоне). Судя по всему, этот процесс "обработки" напева, его "переплавки в музыкальную тему" происходит неосознанно. Сам Глинка отмечает, что он "руководствовался при сочинении этой пьесы единственно внутренним музыкальным чувством". Импульсом к созданию произведения, как отмечает в "Записках" М. И. Глинка, послужило то, что он "нашел сближение" между свадебной песней "Из-за гор, гор высоких, гор", которую "слышал в деревне", и плясовой "Камаринской", "всем известною", - "и вдруг фантазия моя разыгралась..." [12]. Обнаруженное Глинкой сходство двух песен касалось прежде всего их мелодико-ритмического наполнения.

В момент создания произведения проявляется "алгоритм" восприятия народной песни в инструментальном (оркестровом) переложении, связанный с детскими впечатлениями композитора: "Во время ужина обыкновенно играли русские песни, переложенные на 2 флейты, 2 кларнета, 2 валторны и 2 фагота <...>. Эти песни, слышанные мною в ребячестве, были первою причиною того, что впоследствии я стал преимущественно разрабатывать народную русскую музыку". [13] "По воспоминаниям очевидцев, Глинка как в ранней юности, так и в последующие годы очень любил "записывать" на скрипку народные напевы. Часто, являясь на народное игрище, он присоединялся со своей скрипкой к хоровому исполнению крестьян. Часами мог бродить он по Новоспасскому парку, фиксируя таким образом излюбленные интонации-попевки" (выделено курсивом мной - Г. Л.) [14].

Особый подход Глинки к народно-песенным источникам состоит в том, что в сознании композитора звуковой образ песни предстает в обобщенно-целостном виде, вне связи с поэтическим текстом. [15] Выполненная Глинкой подтекстовка фрагмента напева в "Записках" (со сдвигом на две четвертные Длительности относительно нормативного начала музыкально-поэтической строфы) не имеет аналогов в народной песенной традиции, что и вызывает многочисленные сомнения и поиски. Не Желая того, Глинка создал собственную версию свадебной песни. Но эта "неточность" лишь подтверждает приоритет "Музыкального облика" песенной формы, сохраняющегося в памяти композитора.

Знаменательно, что великий композитор останавливает свой вы6ор на одном из самых ярких, ключевых напевов русской свадьбы - по выразительности мелодического рисунка, кристаллической ясности и динамической насыщенности этот напев может служить обобщенным выражением, символом русской народной песенной культуры.
 

Примечания

1. К этому напеву М. И. Глинка обращался и ранее, в 1839 г., в процессе сочинения им романса "Свадебная песня" на слова Е. Ростопчиной ("Дивный терем стоит..."). По предложению В. Ф. Одоевского, романс получил второе название - "Северная звезда".
2. Глинка М. И. Записки / Подг. А. С. Розанов. - М., 1988. - С. 133. Эта запись, включенная в 4 часть "Записок", относится к 1855 году. 
3. Цуккерман В. А. "Камаринская" Глинки и ее традиции в русской музыке. - М., 1957. - С. 45, 55, 57, 60. В. А. Цуккерман предполагает, что произошла перестановка мелодических фраз напева ("то, что было в других вариантах второй половиной напева, здесь вынесено вперед в качестве запе ва"), и тема Фантазии "начинается примерно с середины обычной мелодии и соответственно перед этим моментом завершается" (Там же. - С. 34, 55). 
4. В. А. Цуккерман рассматривает вариант песни "Зашаталась наша грушица", включенный в издание: Народные песни Вологодской области: Сборник фонографических записей под ред. Е. В. Гиппиуса, 3. В. Эвальд. - Л.: Музгиз, Ленингр. отд., 1938. - С. 83.
5. Собрание народных русских песен с их голосами на музыку положил Иван Прач / Под ред. В. М. Беляева. - М., 1955. - С. 121.
6. Римский-Корсаков Н. А. Сборник русских народных песен. Ор. 24 (1876 г.). - СПб., 1877. - С. 82. - № 81.
7. Вильбоа К. П. Русские народные песни, записанные с народного напева. - СПб., 1860. С.2. № 2. В сборнике не дается указания на то, что данный напев записан от Т. И. Филиппова, но об этом свидетельствует общность с напевом, представленным в обработке Н. А. Римского-Корсакова. См.: 40 народных песен, собранных Т. И. Филипповым и гармонизованных Н. А. Римским-Корсаковым. - М., 1882. - С. 47. - № 28.
8. В 1860-е годы Анна Энгельгардт выезжала с детьми в д. Климове Николо-Ветлицкой волости Вельского уезда (ныне Ярцевский район Смоленской области) - в имение родителей мужа. Можно предположить, что Энгельгардт самостоятельно записывала напевы народных песен, поскольку была хорошей пианисткой. Н. А. Римский-Корсаков упоминает Анну Энгельгардт в ряду "своих знакомых, к музыкальному слуху и памяти которых имел доверие" (Римский-Корсаков Н. А. Летопись моей музыкальной жизни. - М., 1980. С. 127), и помещает в сборник восемь переданных ею песен (среди них - хороводная, масленичная, лирические, свадебные) К трем из них в публикации дается указание на Вельский уезд, к одной ("В" поле туман") - на Дорогобужский уезд, но к свадебной песне "Из-за лесу лесу темного" дается лишь общее указание на Смоленскую губернию. 
9. В настоящее время экспедиционные коллекции хранятся в фондах Фольклорно-этнографического центра Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова. К расшифровкам даются номера по фонду.
10. Приводятся неполные сведения по результатам экспедиции 2005 г., поскольку процесс научной систематизации материалов еще не завершен.
11. Поэтический текст "Из-за лесу, лесу темного" ("Отставала лебедушка") с данным напевом был записан неоднократно, что позволяет использовать первую строку этого текста в качестве условного наименования для типового напева.
12. Глинка М. И. Записки... С. 133.
13. Там же. С. 10.
14. Рассказ об этом, со слов членов семьи Стунеевых, передала В. Н. Глинка - см.: Канн-Новикова Е. М. И. Глинка: Новые материалы и документы. - М.-Л., 1950. Вып. 1. - С. 80. - Сн. 2.
15. Подтверждением приоритета музыкального плана выражения в творчестве М. И. Глинки может служить также тот факт, что, как сообщает в своем письме В. Ф. Одоевский, большая часть оперы "Жизнь за царя" "была написана прежде слов" (Цит. по: Асафьев Б. В. М. И. Глинка. - Л., 1978. -С. 59).
 

Приложение 1

В таблицах, приведенных в Приложениях 2-3, напевы даются в обобщенном виде (соединены мелодические варианты, встречающиеся в различных строфах; мелким ранжиром выделены мотивы, встречающиеся в напеве один раз). Для удобства сопоставления образцы транспонированы, тактировка приведена к системе, принятой в Санкт-Петербургской школе музыкальной фольклористики (в напевах с тонической системой организации ритма слогопроизнесения тактовой чертой отмечаются постоянные согласованные на музыкальном и стиховом уровнях акценты).
1. Первая тема Фантазии для оркестра М. И. Глинки (свадебная песня "Из-за гор, гор, высоких гор").
2. Собрание народных русских песен с их голосами на музыку положил Иван Прач / Под ред. В. М. Беляева. - М., 1955. - С. 121 ("Из-за лесу, лесу темнова").
3. Обобщены два варианта напева, записанные от Т. Филиппова и приведенные в сборниках: 1) ВильбоаК. Русские народные песни, записанные с народного напева. -СПб., 1860. -№ 2 ("Ты река ли моя, реченька"); 2) 40 народных песен, собранных Т. И. Филипповым и гармонизованных Н. А. Римским-Корсаковым. - М., 1882. - С. 47. - № 28 ("Как по саду, саду, садику").
4. Римский-Корсаков Н. А. Сборник русских народных песен. Ор. 24 (1876 г.). - СПб., 1877. - № 81 "Из-за лесу, лесу темного" (сообщено А. Н. Энгельгардт).

Приложение 2
Приложение 3

1. Первая тема Фантазии для оркестра М.И. Глинки (свадебная песня "Из-за гор, гор, высоких гор").
2. Смоленская область, Новодугинский район, Торбеевский с/с (ранее - Сычевский р-н), д. Кулешовка. Исполняют Привалова Матрена Сергеевна, 55 лет, Иванова Римма Ивановна, 56 лет, Кушелева Варвара Павловна, 67 лет. Запись Ивановой А., Пьянковой С., 05.07.1966. Из архивных коллекций Российского фольклорно-этнографического центра, № 126-23 ("Из-за лесу, лесу темного"). Первая публикация. Обобщены варианты 1-4 строф. В Приложении 5 приводится расшифровка напева (пример 1).

Пример 1

3. Смоленская область, Холм-Жирковский район, Агибаловский с/с, д. Ерютино. Исполняет Фролова Екатерина Евстафьевна, 1918 г.р. (родом из д. Сахалин Ивашковского с/с - ныне Агибаловский с/с). Запись Борисовой Т .А., Мартыновой Т.В., 08.07.1994. Из архивных коллекций Российского фольклорно-этнографического центра, №  4325-10 ("У саду было, у садике"). Первая публикация. Обобщены варианты 6-7 строф.
4. Смоленская область, Новодугинский (ранее - Сычевский) район, Липецкий сс, д. Боково. Исполняют Нилова Мария Яковлевна, 55 лет; Соколова Любовь Яковлевна, 61 год; Громова А. И., 61 год.   Запись 05.07.1966 [сведения об авторах записи отсутствуют]. Из архивных коллекций Российского фольклорно-этнографического центра, № 118-10 ("Из-за лесу, лесу темного"). Первая публикация. В Приложении 5 приводится расшифровка напева (пример 2).

Пример 2

5. Смоленская область, Новодугинский (ранее - Сычевский) район, Тёсовский сс, д. Свайкино. Исполняют: Матвеева Екатерина Семеновна, 1913 г.р.; Кабанова Анна Ивановна, 1915 г.р.; Васильева Мария Васильевна, 1927 г.р.; Устинова Татьяна Васильевна, 1915 г.р. Запись И. Парадовской, А. Поляковой, Т. Мартыновой, 26.07.1993. Из архивных коллекций Российского фольклорно-этнографического центра, № 4124-22 ("Отставала лебёдушка"). Первая публикация. В Приложении 5 приводится расшифровка напева (пример 3).

Пример 3

Карта

Условные обозначения:
- Основной вариант типового напева (см. Приложение 3, Примеры 1-2)
s - вариант типового напева с ускоренным ритмом слогопроизнесения (см. Приложение 3, Пример 3) 
Отмечены населенные пункты, в которых в ходе экспедиций были записаны варианты типового напева "Из-за лесу, лесу темного". 
Новодугинский район: д.д. Боково, Высокое Липецкого с/с, Болтиново, Никольская Слобода, Свайкино Тёсовского с/с, Кулешовка Торбеевского с/с 
Сычевский район: д.д. Гребля, Дугино, Сырокоренье (Курилино), Подъямное, Хотьково Дугинского с/с, д. Ершово (с/с не указан); 
Холм-Жирковский район: д. Ерютино Агибаловского с/с, д. Каменец Нахимовского с/с;
Сафоновский район: д. Изъялово Старосельского с/с; 
Вяземский район: д. Андрейково Андрейковского с/с; д. Спас (Курган) Хмелитского с/с; д. Киёво (запись в д. Черное Артёмовского с/с), д. Меркучёв Каснянского с/с.